Пьеро

Материал из HARITONOV
Перейти к: навигация, поиск


Пьеро́ (личное имя — Пиэ́рий Эагри́д, по другим сведениям — Пиэ́рий Эрги́л, шахид, версия 5.2) — персонаж романа «Золотой ключ». Один из главных героев произведения. Появляется в Прологе на небе, впервые упоминается ещё раньше — в Прологе под землёй.

В Аркан шем Тарот представлен на аркане 0 Безумец.

Внешность

Один из самых хомосапых персонажей романа. Его лицо можно было бы назвать почти человеческим, если бы не мертвенно-белый цвет кожи (с красными пятнами на скулах и чёрными отметинами возле глаз). Однако выражение этого лица обычно оставляет желать лучшего.

В Главе 68 Первого Тома это описывается так:

Из-за картонного дерева появился хомосапый в белой рубашке и таких же панталонах. Лицо его было того же цвета, что и штаны — казалось, его обсыпали пудрой. Почему-то сразу было видно, что с ним что-то не так, и сильно не так — но он пытается держаться.

Наиболее краткую и при этом точную характеристику внешности Пьеро даёт Неуловимый Джо, причём несколько раз: в Видении Пьеро (в Первом Томе), в Видении Пьеро (во Второй Книге) и в Действии двадцать втором (второй Книги).

Ты похож на мудака. К тому же обдолбанного.

Почти те же самые слова произносит Пендельшванц в пьесе «Низвержение Пендельшванца», но нет уверенности, что они не приписаны Пендельшванцу автором пьесы (то есть самим Пьеро).

Тело Пьеро обычно скрыто рубашкой и панталонами, однако в Главе 68 читатель видит героя полуобнажённым. Ничего интересного не обнаруживается:

Без штанов Пьеро выглядел и впрямь непрезентабельно: у него были тоненькие кривые ножки с непропорционально большими ступнями, большие мудя и махонькая красненькая пипка.

Биография

Пьеро, обдолбанный айсом, в окружении своих галлюцинаций (одной из которых является он сам).

Предыстория

Пьеро живёт нуждами настоящего и думою о Мальвине. Он практически не вспоминает и не рассказывает о своей прежней жизни и вообще о прошлом, кроме разве что самых недавних событий и воспоминаний о Мальвине же.

Тем не менее, прошлое Пьеро раскрывается в ключике десятом. Здесь он — ловкий и умелый оперативник[1] Тора-Боры, принуждающий к миру непокорного Мустафу. Во время отхода Пиэрий случайно встречает музу и даёт ей цапнуть себя за палец. Напарники Эагрида замечают странное поведение и обсуждают, стоит ли его добить, чтобы избавить от мучений. Однако, в итоге оставляют это на усмотрение Короля.

В результате назначения айс-терапии Пьеро частично реабилитируется. Кроме того, у него открывается дар эмо-транслятора, телепата (слабого) и даже Дар пророчества. Это снова делает его ценным кадром.

Четырёхзначный номер личного дела

Все процитированные в романе личные дела персонажей из Тора-Боры имеют номера вида XX.XXXXXX.152. У досье Пьеро, однако, номер 1029. Это связано с тем, что все остальные герои проходят в Канцелярии по т. н. «152-й форме», что означает «субъект физически и психически здоров, в нелояльности не замечен, к выполнению своих функций годен». После укуса музы и эвакуации (см. ниже) Пьеро проходил по «67-й форме» («субъект недееспособен, нуждается в специальном уходе и контроле»). Однако айс-терапия оказалась — хотя бы отчасти — успешной, так что к Пьеро вернулось подобие разума. Тем не менее, форму № 152 ему не выписали. Пьеро взял под личный контроль сам Тораборский Король. Подобные дела не имеют никаких реквизитов, кроме четырёхзначного номера.

Не следует путать четырёхзначный номер и так называемую «первую форму» (она же «два нуля»).

Путь Базилио

В прологе под землёй Подгорный Король настаивает на том, чтобы Карабас взял Пьеро в команду, хотя раввин и пытается отказаться. В итоге упоротый айсом Пьеро летит на дирижабле вместе с остальными в прологе на небе. Пока Пьеро признаётся в любви к Мальвине и тщетно пытается понять, что такое «витрина», к нему сзади пристраивается Арлекин. Взглянув на Кенни, Пьеро видит того с пробитой борщевиком головой. Так и вышло.

В главе третьей, пока Карабас и Базилио беседуют, Пьеро с Арлекином возвращают тело Кенни. Смотря на горящий дирижабль, Пьеро решает винить в этом не Мальвину, а только что им придуманного Напсибыпытретеня.

Карабас принимает решение двигаться через Вондерленд в сторону Директории под прикрытием театра. В главе девятой Пьеро страдает от айс-дефолта, любви к Мальвине и рези в желудке, создавая вокруг негативное эмо-поле, чем всех бесит. Его оставляют лежать подальше в зарослях, где шахида и находит Бекки Биркин-Клатч. Бекки не вполне понимает, что Эквестрию посетили Люди и пытается заняшить Пьеро. Это работает, но Пиэрий накрывает поняшу своим эмо-полем, в этом замкнутом цикле происходит взрыв эмоций. Наблюдающий издали Карабас находит, что это очень хорошо с точки зрения рекламы.

В Inspiratio, Пьеро добывает где-то айс с водкой и наебенивается в сраку. Ему очень плохо, он пытается блевануть. В этом особом духовном состоянии у Пьеро срабатывает дар ясновидения, некий оглушающий голос предлагает выбрать между «…шками» и «…ешками»[2], и Пьеро случайно выбирает созерцание причин и начал последующих событий. Пьеро видит престарелую поняшу Зинаиду Петровну, обучающую пению девочку Ливушку, адъюнкт-профессора Бибердорфского Университета Г. Эльфанта, гонящего некую жидкость, огромную башку рептилии, интересующуюся у Пьеро, не антисемит ли он, педоватый голос, рассказывающий Карлу про нечто, добытое из головы, рыло мутанта, недовольного, что его разбудили, наконец, Карабаса, обсуждающего с Машенькой глубокое вмешательство в её организм. Пьеро не дослушивает диалог, так как проваливается на газон, где Михаил Харитонов сначала дудолит недопёска, но затем решает того пожалеть. Пьеро уговаривает автора не совершать ошибку. Шахида уносит дальше, к витрине магазина на улице Вивиен, рядом с которой сидит настоящий человек. Человек расспрашивает Пьерошу и предлагает выпить, третий глоток наконец-то приводит к желанному изблёву и выходу из видения.

В главе двадцать шестой Пьеро вместе с Арле и Карабасом появляются в отеле «Фаршмак».

Далее, согласно внутреннему монологу Арлекина в главе тридцатой, Пьеро начинает выступать на представлениях эмпатетического театра в «Сене». Пьеро, как ни странно, всё время то на айсе, то на отходняках, то тупит.

В главе тридцать первой опертруппа едет к калуше набирать электорат. Обнаруживается, что першероны страдают от недостатка маршевых песен. В состоянии глубокой задумчивости и тоски по Мальвине Пьеро сочиняет песню про яйцо. Карабас критически воспринимает поэзию, обиженный Пьеро обещает уйти к лошадям. Чуть позже он, однако, возвращается в надежде утолить любовные муки с калушей, но ятло чуть не откусывает ему палец. На пути обратно Пьеро слышит песню про яйцо и ужасается её безвкусице; мстительный Арлекин утаивает от поэта авторство произведения.

После главы тридцать восьмой Пьеро с Арлекином помогают Верховной избавиться от хочки, заставив её прокончаться. Карабас даёт команде послабления. Воспользовавшись моментом, Пьероша, как видно из главы сорок седьмой, занимается глупостями: накачавшись айсом, умоляет котиньку «туда не ходить, она обманная»; подвергает першерона уретральному изнасилованию; предается эмопольному няшу с поняшами.

Пьеро и Арлекин после выступления эмпатетического театра. Умаялись!

В главе пятьдесят пятой труппа движется по дороге в Директорию. На обочине злопипундрий пялит пупицу. Стихи шахида злопипундрий воспринимает критически; Пьеро чудом остаётся жив. Чуть позже Арлекин и Пьеро находят дом Джо-Джима Грегорюка и едва не погибают от отравленной водки.

В вигилия-синопсисе, находясь в дороге, Пьеро видит икону «Лилечка в гольфиках» и сочиняет по этому поводу стихотворение духовного содержания.

В главе шестьдесят третьей группа Карабаса, наконец, добралась до Директории. Карабас прочищает Пьеро мозги и отправляет в качестве посредника и живой куклы на приём к Пендельшванцу. Будучи выставленным после аудиенции, Пьеро занят важными делами: отходит от дурняка, покупает петушка на палочке, думает о любви к Мальвине, ломает зуб в приступе шахидизма, сочиняет гениальное стихотворение «птахой — нахуй». От осознания собственной гениальности Пьеро бурно рыдает.

Труппа готовится дать первое представление в Директории. В главе шестьдесят седьмой Пьеро готовится к представлению, накачиваясь наркотиками и читая внутренний монолог Мальвине. По собственной версии он изнемогает от любви. На самом деле — просто мудово рыдает.

В главе шестьдесят восьмой представление, наконец, начинается. Пьеро участвует в комедии «Девочка с голубыми волосами, или Тридцать три подзатыльника». Суть комедии сводится к избиению, унижению и ебле Пьеро. Под влиянием обид шахид несколько раз накрывает публику эмо-полем, в апофеозе представления передавая все свои чувства и эмоции по отношению к Мальвине. Буратина, присутствующий на представлении, не переносит психический удар и непроизвольно активирует свою собственную способность — Подачу, заставляя артистов кричать своё имя. Арлекин и Пьеро понимают, что Буратина — паранорм, растроганный Пиэрий пытается облобызать Буратину, но их прерывает Карабас, раздосадованный срывом представления.

Золото твоих глаз, небо её кудрей

В действии первом вся группа, вместе с присоединившимися Базилио и Алисой, отдыхает. Буратину повесили на гвоздь в балаганчике, чтобы дать время оклематься. Пьеро тем временем совершает несколько важных открытий. Например, что природа реальности выщщекруклюмиста, а выщщекруклюмистости — реальна, что кольцеобразно доказует. Напси пытается казаться умнее остальных. Трёп ни о чем прерывает подошедшее загадочное существо, оказавшееся Розаном Васильевичем. Розан Васильевич мучается проблемой самоидентификации; сославшись на паранормальные способности, Пьеро заявляет, что Розан — крокозитроп. Крокозитропу выдают справку, за что он расплачивается с артистами. В этот момент приходит в себя Буратина.

Последовавшая оргия, подробно описанная в бездействии похвальном, содержит восемь эпизодов анального насилия, шесть эпизодов порчи чужого имущества, многократное оскорбление народа Директории, два акта публичной дефекации, один поджог и многие другие преступления.

В процессе Пьеро успевает пережить видение, описанное в главе «Видение Пьеро. Только победа!». В нём Пьеро попадает на майдан против Пендельшванца и беседует с Неуловимым Джо, исполняющим роль снайпера. Неуловимый Джо сообщает, что Напси пытается присунуть Пьероше, ругает татарина с его чёртовым зельем, объясняет тонкости политтехнологий и нюансы взаимодействия Братства и политиков, а также замечает, что Пьеро очичибабился. Пьеро ничего не понимает, но просыпается. Арлекин, держа Напси за ухо, отчитывает того за присовывание Пьеро. Проснувшийся Пьеро до смерти пугает Напси, и Арлекин случайно отрывает пёсику ухо.

В действии четвертом вернувшийся Карабас воспитывает Пьеро с Арлекином, а также спасает их от верной смерти от лазеров тоже вернувшегося Базилио, которому могло не понравиться анальное изнасилование его возлюбленной.

Некоторое время спустя, в действии тринадцатом Пьеро страдает от того, что кончился айс. Фланирование по улице Горького и стихотворчество не помогают. Пьеро случайно подслушивает разговор Карабаса с Дуремаром, в котором Карабас просит совета, как убить Мальвину. Пьеро и раньше понимал, что предательство ей не простят, но услышав это прямым текстом, не может сдержать волнения. В маленьком шахиде включается программа самоуничтожения. Он собирается убиться об стену, чтобы скрыть факт подслушивания от Карабаса, но раввин замечает сознание шахида раньше и парализует его тело. Тут бы Пьеро и пиздец, но на его счастье, вернувшаяся Ева Писториус отвлекает Карабаса на две секунды, которых шахиду хватает, чтобы выброситься в окно. Вместо ожидаемой боли падения Пьеро приземляется на гоночного зайца и, охуевая от ужаса и надежды, уносится прочь от Карабаса в действие двадцать второе, посетив Ярославский проспект и тупик Брокгауза и Ефрона, в котором встречает Неуловимого Джо. Неуловимый объясняет, как управлять зайцем, светит корочками, приводя зайца в состояние покорности, направляет его куда нужно. Нужным оказывается заведение «У двух кошек», в которое заяц катапультирует Пьеро через окно. Сидящие в заведении Львика и Ева взволнованы появлением дезертира; не подумав толком, они пытаются заняшить Пьеро. Происходит то, что всегда происходит, когда Пьеро пытаются няшить поняши.

Порочный круг сексуального насилия и паранормальных способностей прерывается на следующее утро. Появившийся Джо разъясняет, что он действует по указаниям Короля, а Пьеро скоро будет с Мальвиной и увидит сон, который снился Джо неделю назад. Сейчас он Пьеро спрячет, а потом поможет выбраться из города.

Пока Пьеро прячется, Карабас организовывает поиски беглеца. Для этого он напрягает следователя Тамбовского, которому даёт в помощь Арлекина и Напси. Тем временем, очухавшийся в двадцать девятом действии от айса Пьеро обнаруживает, что ему помогает таинственный благодетель[3], а заяц стоит наготове. Воспользовавшись полученным реквизитом Пьеро, маскируется под купца-грибовика. Оседлав зайца, он выезжает из города и добирается до развилки, на которой решает повернуть направо. Через три минуты он попадает в засаду Тамбовского и Напси. Тамбовский не знает Пьеро в лицо, а Напси из-за маскировки не может определить, Пьеро это или не Пьеро. Тамбовский решает, что это какой-то мудак, и командует «Езжай». К сожалению, последнее слово задевает струны в душе поэта, и тот начинает на ходу импровизировать. Стихи Напси узнает. Псы хватают Пьеро. Шахид испытывает острый приступ ненависти к Напси и жаждет его убить. Присутствующих накрывает эмо-полем. Пока полицейские псы рвут Напси на части, Пьеро успевает скрыться за поворотом.

Больше проблем не возникает, в действии пятьдесят первом Пьеро путешествует спокойно, разве что на пятый день заканчивается еда, но Пьеро находит свежих опарышей. А еще через несколько дней он нарывается на компанию бульдога, носорога и мамонта, охотящихся на одиноких путников. Пьеро удаётся уйти, но носорог в последний момент распарывает зайцу бочину. Заяц через некоторое время умирает. Пока Пьеро думает, что делать, к нему подбирается обломинго. Увидев птицу, шахид застывает от ужаса. Но обломинго не желает зла, он стар и всего лишь просит достойной смерти. Поколебавшись, Пьеро отрубает обломинго голову. Наблюдавшие за сценой бульдог, носорог и мамонт преисполняются глубочайшего почтения к удаче Пьеро и просят идти с ними. Пьеро убеждает компанию двигаться прочь от Директории, так как еды там мало из-за наплыва электората.

Безумный Пьеро

Фотоапокриф. Человек, похожий на Пиэрия Эагрида, если Пьеро был бы быдлом и не имел поэтического дара.

Удача Пьеро, однако, не впечатляет. В разделе третьем к Пиэрию Эагриду приближается пиздец. Мамонта заняшили поняши и закатали до смерти в ближайшем овраге. Оставшиеся товарищи находят труп грибовика-наркокурьера, и Пьеро немедленно упарывается. Бульдог и носорог становятся жертвами беспощадного Пьерошиного эмо-поля. А затем появляется Карабас. Пьеро надеется на чудо, и чудо случается: перед Пьеро оказывается ездовой заяц, очевидно, принадлежавший погибшему грибовику. Шахид успевает забраться на зайца, но не успевает понукнуть, прежде чем воля Карабаса парализовывает поэта. Карабас приближается, медленно и неотвратимо, со стороны раздела четвёртого.

Однако у Карабаса немедленно происходит приступ чихания, из-за которого он лишается концентрации и упускает Пьеро с зайцем. Раввин не теряется, находит место, где Пьеро был застигнут, и пускает по его следу псов своей команды, а также берёт в плен раненого, но живого бульдога из команды Пьеро. Собаки Карабаса почти настигают Пиэрия у какого-то сенокоса со стогами. В последний момент шахид смиряется с неминуемой смертью, тем самым случайно активируя встроенные в организмы его основы биологические детонаторы. Им нечего приводить в действие, но электрический разряд мощностью 600 вольт оглушает Пьерошу. Он влетает головой в стог, где, так уж совпало, лежал парализованный Буратина, упавший с неба вместе с аннулипалпом после встречи с Моррой. Буратина узнаёт Пьеро и думает, как его подразвести, чтобы вернуться в Директорию к папе Карло и вылечиться — Пьероше удаётся прочесть куцые мыслишки бамбука и он понимает, что тот знаком с Мальвиной. В следующей сцене Пьеро и Буратина направляются к Мальвине, причём доширака везёт откуда-то взявшийся и подудоленный до состояния электората осёл-картёжник.

Изречения

  • Блядь, я не живу, я умираю каждый миг, но я всё ещё способен вычистить пепельницу.
  • О вы там! Кто-нибудь! Раздавите мне яйца, ибо я изнемогаю от любви.
  • Меня зовут Пиэрий Эагрид, в просторечье — Пьеро, мне тридцать два года[4], и мне пиздец. Вам, кстати, тоже.
  • Пиздюли — это поцелуи Мироздания, которые твоё тело ещё не готово принять.
  • Это и есть разгадка всего! Реальность выщщекруклю́миста, а выщщекруклю́мистость реальна! Что кольцеобразно доказует!
  • Нужно ещё носить в себе хаос, чтобы родить танцующую звезду! Нужно иметь лёгкие ноги, чтобы бежать по голубым тропам! Нужно жить так, чтобы было мучительно сладко![5]
  • Твой примитивный редукционизм онтологически нищ и методологически контрпродуктивен.
  • Я прочту свои стихи морю и небу. Вы их не заслужили.
  • Жить надо меньше, вот чего. Жить надо меньше.
  • Сейчас я не испытываю интереса к физической стороне любви. Мои яички полностью истощены. А члена я совсем не чувствую. И вообще, поутру мне духовно…
  • Кыкало-мудыкало — это иронически переосмысленная самость поэта, то есть меня. С точки зрения обывателя поэт — смешное существо, занимающееся ерундой. Ну вот кыкало-мудыкало он и есть.
  • Ещё мне такое скажешь, я тебе палец сломаю. На левой руке. Мизинец. Он тебе не особо нужен?

Отсылки

  • «Укус музы» — дериват от идиомы «укушенный ч-л.» (разг. «сильно увлеченный, одержимый, некритически верящий ч-л.»)

В музыке

Агата Кристи "Viva Kalman!"
  • Песня группы Агата Кристи «Viva Kalman!» описывает прототип того самого Пьеро из «Золотого ключа».

Вечером здесь у него заботы,
Ведь униженье — его работа…

Но в час, когда полночь погасит краски
Бывший Пьеро поменяет маску…

Вечером — шут, а теперь — убийца
В душном трактире он отрешится…

Примечания

  1. Разве что с некоторой тягой к самоубийству во имя великой цели, свойственной всем шахидам.
  2. То есть между вершками и корешками.
  3. Благодетеля он не помнит из-за лост-эффекта.
  4. Не следует воспринимать эти слова совсем уж буквально. Пьеро около тридцати, и он вряд ли знает это точнее. Вероятно, ему хочется приблизить свой возраст к возрасту Христа (33 года), но не до полного отождествления. А может, он просто ляпнул, потому что ему понравился ритм фразы. Автор сам не в курсе, чего у него там в головёнке перемкнуло.
  5. Данный прогон состоит из двух относительно точных цитат из Ницше и одной неточной — из Николая Островского.